Евгений Коновалов: «Нужно дать РСДСМ развиваться как молодёжной организации»

23 апреля Евгений Коновалов сложил полномочия председателя РСДСМ после десяти лет пребывания в должности. На следующий день он вошёл в число координаторов созданного Российского социал-демократического союза. О том, каково быть председателем РСДСМ и о своих ближайших планах он рассказал в эксклюзивном интервью сайту организации.

 

 

Что такое РСДС, зачем мы его создали?

РСДС – это логическое продолжение эволюции нашего социал-демократического движения. РСДСМ уже заявлял, что он планирует инициировать создание партии. Мы в итоге создали сетевую организацию, а теперь и движение, которое может в такую переродиться. А для этого нужно дать РСДСМ снова развиваться как молодёжной организации. А те, кто создавал РСДСМ и вырос, имеют право на свою организацию, не молодёжную. РСДС – это возможность развития того направления социал-демократии, которую проповедует РСДСМ. Разумеется, понятие социал-демократии – многогранное понятие и у РСДСМ была своя позиция, которая получит продолжение в РСДС. Основным для РСДС я вижу развитие союза демократических социалистов.

Ты почти десять лет был председателем РСДСМ. Как ты оцениваешь свою работу?

Я считаю, что произошло эпохальное событие. Историю РСДСМ можно разделить на два этапа – до 2006 года и после. На первом этапе мы не были самостоятельными и зависели от партии, СДПР, а в период с 2006 мы стали полностью самостоятельными и, так вышло, стали основным социал-демократическим движением в России. Это случилось не просто так. Мы были самой активной организацией социал-демократов в этот период. Мы смогли построить хорошую межрегиональную социал-демократическую организацию. К сожалению, не общероссийскую: больше половины регионов у нас представлено не было. Но в определённые моменты мы были достаточно сильно и влиятельны на политическом оппозиционном пространстве. Я даже знаю период, когда некоторые лидеры говорили, что на РСДСМ надо равняться. В последние годы наметился некоторый спад в нашей деятельности, но он обусловлен тем, что мы выросли – те, кто в 2006 году начинал строить новый РСДСМ. Появились новые задачи, новые идеи, новые цели и они отразились в создании СДС. Плюс, конечно, политическая обстановка. В 2006 году нам казалось, что у нас полицейское государство. Но мы не ожидали, что всё настолько ухудшиться.

Сейчас произошёл первый в истории прецедент, когда председатель сам передал свои полномочия новому. Как раз ты принимал организацию в руинах, когда даже местонахождение действующего председателя было неизвестно.

Это точно. Ни местонахождение председателя, ни контактов региональных отделений. Всё пришлось строить с нуля – находить людей, мотивировать их.

Удалось?

Мы смогли реанимировать, восстановить организацию. РСДСМ состоялся.

Когда ты в 2006 году стал председателем РСДСМ, у тебя ведь было представление о том, что тебя ждёт, что нужно сделать в первую очередь, чего достичь. Как реальность отличалась от твоих планов, твоих замыслов?

Пожалуй, в большей степени, мне удалось достичь на первом этапе большего. Мне хотелось, чтобы РСДСМ стал основной социал-демократической организацией. И в 2007 году мы, по сути, таковой стали. Даже создавшееся ССД ни по активности, ни по авторитетности не смогло как-то перетянуть одеяло на себя. По сути дела, этот период в истории российской социал-демократии остался за РСДСМ.

Были-ли какие-то приятные или неприятные неожиданности?

Мне виделось, что РСДСМ будет прогрессировать и со временем количество региональных организаций увеличится. И здесь можно отметить то, что не получилось – не удалось достичь развития целого ряда региональных организаций, которые казались перспективными. У нас была целая программа, как развивать регионы. Мы закрепляли за каждым регионом ещё по три для их развития. Но в регионах очень мало активистом. Даже в Москве и Петербурге их мало. Считается, что если в организации есть десять человек, это уже здорово. Что говорить тогда о других регионах? Это не входило в мои планы и пришлось мириться с тем, что активистов в России очень и очень мало, а в регионах – совсем единицы.

У нас была очень сильная команда. В 2006 году действительно удалось собрать мощные кадры в самых разных регионах. И кого ни возьми, каждый заключает в себе огромный потенциал, огромные возможности. Это и Костя Хиврич, и Олеся Прошенко, и Аня Цуркан, и Лёша Карпов.

И в 2007 году, и в 2012 году организации удалось стать среди лидеров протестного движения – по крайней мере, в Петербурге. Мне некоторые лидеры питерской оппозиции действительно говорили, что хотят быть такими же, как РСДСМ.

А сто стало самой приятной неожиданностью? Было ли что-то такое, чего ты не ожидал, а оно случилось?

Я не ожидал, что мы станем центральной социал-демократической организацией. По сути дела, все европейские лидеры и организации стали к нам тянуться. Можно привести даже совсем свежий пример, когда в прошлом году социал-демократическая партия PES позвала именно меня выступить в Европейском парламенте. Это – исключительная заслуга РСДСМ, активности нашей организации.

И принципиальной позиции.

И принципиальной позиции, безусловно. Мы ни под кого не ложились, никому не сдавались. И всё время меняли тактику. Кстати, ещё одна неудачная история – это ставка на сотрудничество с «Яблоком». Это могло быть эффективным, если бы было поддержано всей организацией. Но, по сути дела, её вся организация не поддержала, а, скорее, половина на половину. Из-за того, что из «Яблока» исключили Максима Резника, сразу половина петербуржской организации выступила против «Яблока». Из-за этого не получилось создать полноценной социал-демократической фракции «Яблока» как структуры, которая бы объединила нас для реализации отдельных задач. С другой стороны, сотрудничество с «Яблоком» позволило нам получить своих депутатов – провести своих ребят в депутаты в Великом Новгороде.

Какие твои дальнейшие планы, кем ты себя видишь дальше в движении? В РСДС нет председателя и какого-либо формального лидера…

Быть единоличным председателем – это огромная ответственность. Если я за что-то берусь, я берусь ответственно. Стать председателем – значит полностью себя посвятить организации, чего я сейчас не смогу делать просто физически. Но это и не правильно. Когда всё на себе тащит один человек, а я этим иногда увлекался, оказывалось, что фактически один работаешь в этом направлении. Но один в поле не воин: нужно развиваться команде и у организации должно быть как можно больше «моторов». Мне кажется очень интересным и перспективным путь, когда в организации много лидеров и каждый может себя проявить исходя из активности. Мне это кажется очень перспективным моментом, перспективной возможностью.

Я не скрою, что когда я был председателем РСДСМ, я концентрировался на пиаре. Потому что мой пиар – это ещё и пиар РСДСМ. Сейчас мне на этом концентрироваться нет никакого смысла, поэтому я буду концентрироваться на внутреннем строительстве РСДС.

Ты будешь тем человеком, который работает с регионами, верно?

Не совсем так. Не только с регионами. Меня больше интересует процесс постепенного формирования сильного социал-демократического движения. Поэтому скорее даже не с регионами, а с организациями. Нам важно привлекать другие организации – зелёные, феминистки, профсоюзы. За счёт таких направлений можно структурироваться, развиваться. В этом мне видится моя задача на ближайшее время. Тут возможны и неудачи, поэтом этот процесс займёт не менее пяти лет, а то и десять.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники